Человек БЕЗ ДЕТСТВА

Писатель, «Человек года» в Карелии, строитель церквей. Нет, пожалуй, не так. Сирота с пеленок, «всероссийский детдомовец», человек без прописки. Опять не то. Кавалер ордена Сергия Радонежского 3-й степени, медалист Минюста... Человек, результативной деятельности которого позавидовали бы многие «активисты» от благотворительности. В свои сорок с небольшим лет он прожил, пережил и сделал для других столько, что хватило бы на несколько жизней. Зовут его Александр Гезалов.

Во мне уже много лет сидит вот эта несмываемая, не проявляемая ни при каком рентгене, стеклянная заноза детского дома, жизни в нем.
Я понял, что это тоже может стать определенным инструментом, орудием в помощи и поддержке тем, кто там сейчас находится...

АННА ОРЛОВА: Добрый вечер, Александр! – далее я представляюсь. – Вам удобно сейчас говорить?
АЛЕКСАНДР ГЕЗАЛОВ: Да, конечно. Я сижу за праздничным столом, отмечаю свое сорокалетие (слышу, как он улыбается), так что вы очень кстати. Что там у вас?

Оказывается, из одноклассников Александра до сорокалетия дожили только двое. Судьба остальных бывших воспитанников «инкубатора» (а именно так Гезалов называет интернатные заведения) оказалась иной: кто-то спился, кто-то пропал в тюрьме, кого-то не пощадила криминальная мясорубка начала девяностых (бывшие детдомовцы – просто на- ходка для криминальных структур). По мнению Гезалова, сегодняшняя система «казенного детства» дает ребенку только один шанс, которым он и воспользовался, – это шанс на чудо.

В детский дом Александр попал сразу после рождения. Первые годы жизни провел в Гусь-Хрустальном, потом в поселке Новый, затем в Судогде, под Владимиром, в Собинке... Последний детдом был в городе Суздале. Детдома были разными: нищие и «не совсем», поновее и, так сказать, «с историей». Атмосфера внутри тоже отличалась: в некоторых дедовщина была терпимее… Спустя годы Александр напишет потрясающую книгу воспоминаний о своем соленом детстве. Это уникальная история выживания маленького человечка (ежика, как называет себя Гезалов: «Я должен был быть маленьким, чтобы особо не замечали, и колючим, чтобы особо не издевались») в условиях, мало приспособленных для жизни.

Из книги «Солёное детство»:
«Помню себя совсем маленьким, как ни странно, – только что родившимся, пони- мающим, что меня оставляют в роддоме.
Я спрашиваю глазами: как мои дела? Что- то белое, которому неловко смотреть мне в глаза. А «оно» все причитает: «Мама при- дет, мама придет...» Эта странная фраза врезалась в меня, как в пароход торпеда. Куда и зачем от меня уходить моей маме? «Белое» уже знает, что мать не придет. Знаю и я. Но «их» так научили – говорить «правду», чтобы ребенок не ерзал, не пла- кал – молчал, как перед расстрелом…»

Двадцать два года назад он вышел за ворота последнего детского дома с че- моданом в руке. В чемодане было двое трусов и одна рубашка. В кармане – двадцать рублей. В глазах смятение и вопрос: а что дальше? А дальше тоже было много всего: учеба в ПТУ и служба на подводной лодке (где как в детдоме – деться некуда), работа сторожа, продавца, дворника и даже администратора в филармонии. Гезалов никогда не сидел без дела и не ждал ни от кого помощи. Он давно понял, что помочь себе и таким же, как он, может только он сам.

Из книги «Солёное детство»:
«И вот наконец-то дембель. Настал день, когда можно вернуться домой. А где мой дом? Куда мне поехать, что делать?.. К нам на флот приезжали из Московского атомного института, звали: вам, мол, уже все равно. Нет уж, дудки! Сел в поезд Москва – Мурманск, но не доехал до конечного пункта, сошел в Петрозаводске. Пришел в форме в училище культуры. Дали место в общежитии, стал жить. Льгот – ноль, мне уже было больше чем двадцать три, сиротские гарантии оставил на флоте. Так вот и жил... Жилье снять не мог, не умел, да и денег не было. После окончания училища меня выгнали из общаги, и я три года жил в магазинах и ларьках...»

Продолжить образование Александр не решался – побоялся упустить что-то более важное. В стране вовсю шли перемены, нужно было выбирать – тратить время на учебу или на укрепление по- зиций в городе. Гезалов выбрал второе... Многие, получив высшее образование, оказались не готовы к переменам, и специальности, которые приобрели, остались не востребованы. «Ваучеры, дефолты – это все прошло мимо меня, говорит Александр. (Спустя несколько лет Гезалов получит высшее образование по специальности...)

«С чего начать общественную работу? Сперва скажи, кто ты и откуда, тогда я тебе отвечу. Прежде чем помогать другим, стоит помочь себе. Сперва сам стань дос тойным того, чтобы помогать кому-то. Брось жаловаться на дурную судьбу, преодолей ее, вытяни себя за во- лосы из болота, тогда только и веди за собой таких же бедолаг. Иначе потонете вместе», – вспоминает Гезалов в книге «Соленое детство».

Часто на различных официальных встречахя говорю очень жестко. Чтобы не было розовых очков. Я транслирую информацию от детей, я понимаю их как никто другой, так как сам из них, поэтому меня еще называют всероссийским детдомовцем

А.Г.: У меня не было плана, с чего и как начать. Но что-то внутри, ближе к сердцу, двигало, и дело шло. Я разговаривал с сытыми и довольными людьми. Получив образование в культпросвете, я выступал перед каждым встречным с пламенной речью, рассказывал о том, как трудно детям-сиротам, приставал с обращениями, призывами, революционными лозунгами, проникая в сознание масс. Но внимали не многие...

Прошло не так много лет. Сегодня Гезалов возглавляет общественную организацию «Равновесие», которая активно помогает не только детдомовцам, но и заключенным и нищим. Места не хватит, чтобы перечислить все дела, которые были реализованы Сашей и его единомышленниками за эти годы. Кому интересно, могут посетить сайт организации. Да Гезалов и не бравирует достигнутым. Наоборот, он, на мой взгляд, чересчур самокритичен. Пройдя земные круги ада, этот человек хорошо понимает, что значит для сироты дом. Детский дом, даже сытый и внешне уютный, по его глубокому убеждению, никогда не заменит ребенку очаг, семью... А что такое семья? Это тот единственный стержень, который позволяет человеку выдержать любой житейский ураган.

А.Г.: Самый лучший путь – устроить ребенка в семью и забыть, зная, что он счастлив. Вот это результат. А то, что я делаю, это полная лабуда. Но я вынужден это делать, потому что никто не делает. Те, кого усыновили или усыновят, это очень малая часть детей, а тем, кого не возьмут в семью, надо дать шанс выбраться.

Один из проектов Александра под названием «Твои горизонты» как раз и предлагает детям-сиротам курс выживания. По его словам, дети должны понимать, что даже если их не усыновят, они достойны лучшей жизни. Но их надо готовить к этой жизни.

А.Г.: Ребенок должен понимать, что шансы у него есть, только нужно работать над собой. Не бойся, что ты сегодня спишь на раскладушке и у тебя нет приличной одежды, а пособие, которое ты получаешь на бирже, тратишь на обучение... Занимайся спортом. Спорт – это отличная мотивация... Должны быть какие-то характеристики успешности: ты хорошо учишься, занимаешься спортом, хочешь получить высшее образование, но при этом у тебя нет квартиры, машины... Будет. Всё будет, потому что всё это ты выполняешь, – это твоя дорога.

Из книги «Солёное детство:
«Оглядываясь назад, могу сказать, что какие бы трудности мне ни пришлось пережить, мне не жаль ни секунды из прожитых на этой земле. Я старался и стараюсь жить максимально честно и правдиво. Вопрос, для чего и ради чего живу, отпал давно. Я живу для других. Ради других. И ради памяти своих дет- домовских друзей. Я живу ради тех, кто ступал, ступает и ступит на эту светлую землю. С радостью и для радости. В серд- це моем всегда будет жить благодарность и признательность людям, зачастую совершенно посторонним, незнакомым, которые порой делом, иногда словом, а иногда и взглядом вершили Добро в моей детской душе, не давали угаснуть вере в него в моем просоленном от слез детстве. Этих людей не интересовало, есть ли у меня прописка, кто я и откуда, кто я по социальному статусу... Это были просто добрые люди, встретившиеся на моем пути. Чудо, что спустя годы можно оглянуться и признать ошибки, простить врагов своих, отдать дань чести и чистоте отдельных личностей. Благодаря которым я иду дальше».